Мадонна вместе с Андреа Райсборо украсили декабрьский номер журнала Harper’s Bazaar. Андреа сыграла в новом фильме Мадонны «Мы. Верим в любовь» возлюбленную Эдуарда VIII Уоллис Симпсон.
«Фильм посвящен культу селебрити», - поясняет Мадонна, вспоминая, как её удивило отношение британцев к Уоллис. – «Нам нравится ставить человека на пьедестал, награждать его одной чертой характера, и если он выходит за узкие рамки, что ему определили, то мы его наказываем. Уоллис Симпсон стала знаменитой по умолчанию, потому что похитила сердце короля, но это именно та тема, в которой я нахожусь как изнутри, так и снаружи. Думаю, моё поведение и стиль жизни постоянно сталкиваются с нормами социума, что и показано в кино. Считаю, что в кино много параллелей и связей».
Мадонна размышляет о том, что ей постоянно приходится нарушать общественные нормы как личности творческой и созидающей. «Думаю, что миру некомфортно с женской сексуальностью. Всегда всё рассматривается с мужской точки зрения, и женщина становится объектом для мужчины - и мы, женщины, с этим согласны. И когда женщина что-то делает, по иронии судьбы, это больше всего некомфортно как раз другим женщинам. На мой взгляд, всё это очень сильно связано с условностями».
По мнению Мадонны, ей избежать этих условностей помогло то, что в детстве мама ни в чём ей не помогала, и у неё не было примера для подражания. «Я всегда остерегалась сексуальности, ведь я росла в итальянской католической семье и видела, что братьям позволено делать всё, что угодно, а девочкам всегда указывалось, как им следует одеваться и как себя вести. Нам было велено носить юбки до колена, водолазки, не краситься и не делать ничего, что могло бы привлечь внимание».
